8 (800) 500-77-85

8 (800) 500-77-85

8 (800) 500-77-85

Компания Zamorozka.pro

*Компания Zamorozka.pro получала в фонде заем под 10% годовых на развитие производства, сотрудничает с Центром поддержки экспорта

Как я ушел из банкиров и стал морозить овощи на всю область

Сергей Севрюков 17 лет проработал в банковской сфере. Но дойдя по карьерной лестнице до зампреда и директора филиала федерального банка, он решил с этой лестницы спрыгнуть и перешел в реальный сектор. Причем выбрал сферу, где столкновение с реальностью такое, что реальней и некуда — сельское хозяйство. Хотя, если вдуматься в его рассказ, это сельское хозяйство выбрало его, а он просто не смог отказаться.

С 2016 года он возглавляет производство замороженных полуфабрикатов из овощей и фруктов — таких всего с десяток на всю огромную Россию. «Пришлось впрягаться и спасать», — коротко поясняет предприниматель.

В его истории на DK.RU — о том, как бывший банкир нюхал порох в полях, почему Европа и Азия едят замороженные овощи и как отличить картошку «за наличку» от картошки по «безналу».

Пролог

На предприятие «Ягоды Урала» Севрюкова пригласили в начале 2016 г. в качестве инвестиционного аудитора. Аудит проводился под эгидой Европейского банка рекострукции и развития (ЕБРР) и был связан с грантом от Минэкономразвития. Сертифицированные ЕБРР аудиторы и эксперты проверяли, насколько эффективно используются деньги и есть ли у производства перспективы развития. Сергей был руководителем проекта.

От увиденного экономист пришел в замешательство: производство находилось в упадке и со дня на день объявило бы о закрытии. Но совместно со своей командой он уже просчитал рынок и не сомневался: дело выгорит, если правильно его организовать.

Заморозка занимает на нашем местном рынке овощей 15-20%. В развитых странах и тех регионах России, где удалось наладить производство (например, Москве, Питере, Тамбовской и Ульяновской областях) — соотношение зеркальное: 10-15% — овощи свежие, а 80-90% — замороженные. Ведь правильно замороженная молодая картошка и в октябре молодая, и в августе, и в декабре. Я вас уверяю: она действительно молодая, а не слегка уставшая от жизни после хранения в погребе. Мне часто говорят: мол, Европа зажралась, поэтому она так делает. Нет, она просто умеет считать деньги и время», — эмоционально рассказывает г-н Севрюков.

С 2016 г. он управляет группой компаний «Ягоды Урала» и с тех пор является одним из ее владельцев. Благодаря энтузиазму Севрюкова и двух десятков его сотрудников, имея всего один небольшой цех в поселке Исток, компания уже заняла 10% местного рынка замороженных овощей: продукцию, которая соответствует ГОСТу, охотно разбирают школы, детские сады, больницы и рестораны по всей Свердловской области.

«10% — это очень мало! — тем не менее сетует предприниматель. — Сейчас мы производим 2,5 тыс. т в год, а чтобы более-менее закрывать потребности рынка, нужно в 10 раз больше».

1 очередь

Фабрика по производству полуфабрикатов из замороженных овощей и фруктов была запущена под Екатеринбургом еще в конце 90-х. Но тогда практически все компоненты для суповых, салатных и компотных смесей закупали в Польше. Сегодня эту бизнес-модель в принципе можно заносить в раздел «Редкие и исчезающие виды», потому что на многие продукты из ЕС наложено эмбарго, но в 2013 г. от нее решили отказаться, потому что логистика выходила слишком дорогой.

«Допустим, из Москвы аренда 20-тонного рефрижератора стоит 140 тыс. руб. Это значит, что каждый килограмм продукции, пока до нас доедет, становится на 7 руб. дороже. Когда вы везете французский коньяк за 5 тыс. руб./кг, это какая-то часть процента, а когда картошку — 50% стоимости. А теперь представьте, если таскать все из Европы? Себестоимость выходит нереальная», — объясняет Севрюков.

Поэтому было решено строить в Истоке предприятие полного цикла: от сортировки замороженных овощей, ягод и грибов до фасовки и отгрузки. На площадке в 1,5 гектара за два года построили цех, закупили европейское оборудование и сырье местных сельхозпредприятий. Совокупно на это потребовалось около 250 млн руб. Частично финансирование брали в областном фонде поддержки предпринимательства, но в основном строили на свои.

Сегодня цех компании похож на огромную кухню. Овощи и фрукты тут моют, чистят, режут, бланшируют и подвергают шоковой заморозке. На 70% используют местное сырье, причем 20-30% от всего объема выращивают уже сами. Остальное покупают у фермеров и крупных хозяйств в нашей области, а также в Тюменской, Омской и других. Дикие ягоды и лесные грибы тоже берут как у частников, так и кооперативов, которых по стране уже много: в Вологде, Ижевске, Сургуте, Салехарде и т.д.

При упоминании ягод и грибов Севрюков делает ремарку: отечественные дикоросы до продуктовых санкций были очень востребованы в Европе. Польша и Германия с удовольствием покупают облепиху, клюкву и белые грибы. «Ягоды Урала» даже успели отправить пробные партии товара, но вскоре идею работать на европейском рынке пришлось отложить: из-за отсутствия возвратного трафика транспортировка стала невыгодной.

А если вернуться к реалиям, то сейчас компания ежедневно выпускает по 5 тонн продукции, которой уже насчитывается 30 наименований: это и молодой картофель, и смесь для компотов, и набор для борща (хит продаж!). Через посредников почти все уходит в социальные учреждения Свердловской области: школы, больницы и детские сады. Частично продукция расходится также через собственный интернет-магазин и систему совместных закупок. А в сетях ее пока не купишь — до всего руки не доходят.

Но на этом Севрюков останавливаться явно не намерен. Помните, он рассказывал про 25 тыс. тонн в год? Слушайте дальше.

2 очередь

Мы идем по цеху компании «Ягоды Урала» (или, как она зовется после ребрендинга, ZAMOROZKA.PRO) вместе с китайской делегацией, визит которой организовал Свердловский фонд поддержки предпринимательства, и выясняется, что планы предпринимателя по расширению — они не только на словах.

Не секрет, что азиаты заинтересованы в уральской сельхозпродукции, потому что она экологически чистая и зачастую экзотичная для их рынка (взять ту же облепиху или лесные грибы). У г-на Севрюкова — свой интерес: он рассматривает китайцев в том числе как инвесторов для строительства нового завода.

Площадку он уже присмотрел: она будет располагаться рядом, в Заречном. В первую очередь, выбор места связан с экономией. Например, сейчас компания платит за электричество 6 руб. за кВт (что приводит в шок предприимчивых китайцев, у которых калькулятор встроен в голову). В Заречном ценник будет намного ниже. 

На вторую очередь проекта потребуется около 700 млн руб., посчитал г-н  Севрюков. Сам он потянет только седьмую часть, но проект уже разработан, и сейчас под него ищут инвестиции.

В перспективности затеи предприниматель не сомневается по-прежнему. Во-первых, замороженные шоковым способом продукты Всемирная организация здравоохранения рекомендует для здорового питания. Соответственно, в качестве потребителей могут выступать все люди без исключения. Во-вторых, сама технология заморозки экономичнее, чем использование свежих овощей.

«Возьмем апельсин: сколько процентов в нем мякоть, а сколько кожура?» — это любимый вопрос Севрюкова. На него он отвечает сам: обычно все говорят, что кожура — это процентов 10, тогда как ее доля — не меньше 40%. То же самое и с картошкой или морковью, особенно если овощи не только что с грядки, а пролежали в погребе зиму. Но об этом в России мало кто задумывается.

На примере с апельсином Сергей объясняет, что свежие овощи на кухне — удовольствие недешевое. Даже по ГОСТовской картошке (а из описания следует, что она практически идеальной круглой формы, без глазков и неровностей) заложены отходы 40%. «Выходит, чтобы килограмм картошки сварить, надо взять 3 кг сырья», — говорит предприниматель. Именно поэтому заморозка из-за ее экономичности по части стоимости и трудозатрат на приготовление очень востребована.

Эпилог

В 2016 и 2017 годах г-н Севрюков, как говорит сам, «пластался один». Нужно было сделать реорганизацию, наладить процесс поставок и производства. После банковской деятельности каждый день были новые открытия. Этот этап предприниматель описывает так: «Пришлось понюхать пороху в полях».

«Поля» тут используются не только в переносном, но, разумеется, и в самом прямом смысле. Сейчас, общаясь с банками, он замечает, что специалисты в офисах редко имеют представление о реальных проблемах и особенностях бизнеса. В связи с этим он рассказывает недавний случай:

«Мы получали кредит на пополнение оборотных средств, и девушка-операционист говорит: «А вы же картошку, которую закупаете у частников в поле за наличные, храните отдельно от той, что берете у оптовиков за безнал?». Я ее спрашиваю: «А зачем?». Она: «Как зачем? Для отчетности». Я рассмеялся: «Поверьте, если вы придете ко мне, а я возьму в одну руку «наличную» картофелину и в другую «безналичную», вы их не отличите». 

Сам же он о том, что променял кожаное кресло банкира на производственный цех, ни разу не пожалел — работа в полях оказалось куда интересней.

Благодарим за подготовку публикации издание «Деловой квартал — Екатеринбург». Материал вышел на сайте DK.RU 24.08.2018

Наверх